fd0c937a

Лобановская Ирина - Пропустите Женщину С Ребенком



ИРИНА ЛОБАНОВСКАЯ
ПРОПУСТИТЕ ЖЕНЩИНУ С РЕБЕНКОМ
Аннотация
Профессорская дочка Кристина ведет бурную личную жизнь. Оставляет первого мужа, а со вторым уезжает в Германию, но у них тоже не складываются отношения. Появляется новое увлечение — обаятельный импозантный юрист.

Кристина возвращается в Москву, и тут жизнь наносит страшный удар — похищают ее сына, Алешу. Вместе с первым мужем она бросается на поиски ребенка…
1
К телефону подошел отец. И у Кристины тут же началась истерика…
— Папа, Алешку украли!
Геннадий Петрович вздрогнул от неожиданности, попытался взять себя в руки и по возможности успокоить Кристину.
— Доченька, ты ошиблась! Он просто где-то загулялся, заигрался. Погода хорошая… Ты искала во дворах, спрашивала соседей?
— Его нигде нет! — истошно вопила Кристина. — Какая еще погода?! Я обегала все улицы, влезла во все щели и канавы, обсмотрела и обнюхала все подворотни! Говорю тебе, его украли! Папа, я не знаю, что мне делать!

В милиции я уже была! Написала какое-то заявление… Возраст ребенка, в чем одет… Как будто одежду долго сменить! Там все непрошибаемые, как бронетранспортеры! Сейчас пойду туда опять.

Дай трубку маме!
Жена выключила утюг и смотрела на Геннадия Петровича встревоженно. Чувствовала беду.
Женская интуиция — тяжкая ноша на мужских плечах. Ну уж дудки, никаких трубок…
— Я ей сам все расскажу попозже. Так будет лучше. Мы через час приедем. Пока никуда не уходи, дождись нас.

В милицию я тоже наведаюсь сам. У тебя есть что-нибудь успокоительное?
Вместо ответа, Кристина нажала на рычаг телефона. В ожидании родителей она бесцельно бродила по пустой квартире, где в последнее время жила вместе с сыном. Вдвоем.
Первыми словами Алешки стали «баба», «мама» и «Гегель». И он прекрасно знал, кого имел в виду. Важно произнося фамилию великого философа, Алешка каждый раз подходил к книжным полкам и тыкал пальцем в сторону четырех черных томиков. Не ошибся ни разу. Это была загадка.

Почему именно Гегель запал в душу годовалого ребенка, понять оказалось невозможно.
Егор радовался сыну. Хотя, когда тот начал говорить, совершенно по-детски обижался на малыша, упорно не желающего включать в свой небогатый лексикон слово «папа».
— Что ты как маленький? — смеялась Кристина. — Наверное, это слишком сложное для ребенка слово. Научится произносить попозже.
И тайком вспоминала, что у Машеньки первым словом стало именно это, якобы трудное. А выговаривала она его почему-то шепотом, с забавным придыханием, будто с благоговением.
— Видишь, как она передо мной преклоняется? — шутил Виталий.
Он гордился этим. Тоже как ребенок. Книги в дом, в том числе томики Гегеля, всегда притаскивал Егор.

Он любил читать.
— Я не понимаю, — сердилась Кристина, — для чего нужно обязательно покупать? У нас уже вся квартира заставлена собраниями сочинений! Ступить скоро будет некуда! Ведь есть же библиотеки!

Бери себе и читай на здоровье!
В те годы библиотечный коллектор еще жил и здравствовал, поэтому Кристина была права. Егор чаще отмалчивался. Правда, иногда бесстрастно заявлял в пространство, мол, интеллигенция теперь — чересчур тонкая прослойка и становится тоньше день ото дня.
Зато когда они уехали в Германию, где русские книги достать оказалось не так легко, домашняя библиотека Одиноковых, которую нелепый Егор упрямо потащил за собой, пришлась как нельзя кстати. У них часто брали почитать книги сослуживцы Егора, многие из живущих на территории военного городка да и вообще желающие. Егор книгами дорожил, но давал их читать на редкост



Назад