fd0c937a Новые фильмы с анальным сексом с данного сайта в хд качестве

Лиханов Альберт - Обман



Альберт Лиханов
ОБМАН
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ОРАНЖЕВЫЙ САМОЛЕТ
1
Оркестр заиграл туш, духовики из музыкального кружка весело раздували розовые щеки. Кто-то ткнул Сережку в бок, кто-то шлепнул по плечу — он покрылся испариной, только кончик носа почему-то мерз, — вскочил, отбросил со лба светлую челку и побежал к сцене.
Сережка бежал вдоль рядов, и на него все смотрели. И от музыки, играющей в честь его, и от аплодисментов, и от яркого сияния многоярусной люстры он как бы потерял себя, не чувствуя ни рук, ни ног, ни тела. Он словно летел туда, к сцене, и полет этот был бесконечным, медленным, тягучим...
Потом он оказался в слепящем свете рамп. Растерянно топтался на виду у всех. Со страхом, как в пропасть, смотрел в зал, шевелящийся и возбужденный.

Оборачивался на президиум, в котором о чем-то шептались.
— Главный приз, — наконец сказал конопатый судья, — вручается Сергею Воробьеву, установившему абсолютный рекорд. Ею модель самолета с бензиновым моторчиком, подхваченная воздушными потоками, пролетела сто девятнадцать километров! Приз и ценный подарок — именные часы — вручает Герой Советского Союза, пилот первого класса Юрий Петрович Доронин.
Аплодисменты загрохотали, как канонада, высокий, толстоносый Доронин протянул Сереже широкую и грубую ладонь, сказал в шуме: «Поздравляю» — и начал давать ему одну за одной кучу грамот — за первое место среди юношей, среди взрослых, от комсомола, за абсолютный рекорд и еще, еще какие-то, и с каждой грамотой в зале нарастал добродушный смешок, а когда Герой положил прямо в блестящий кубок коробочку с часами, потому что руки у Сережи уже были заняты многими наградами, зал захохотал.
Доронин поднял руку, и стало тихо.
Так тихо, что Сережа слышал тоненький звон висюлек в многоярусной, похожей на пирожное люстре.
— Ребята! — сказал летчик — Это знаменитый самолет! — Он поднял вверх оранжевую модель с перебитым крылом, Сережину победу, абсолютный рекорд. — Его нашли колхозники в лесу за много километров от старта. — Он повернулся к Сереже: — Мне сказали, что Сергей Воробьев мечтает стать летчиком. Я уверен, он станет им, потому что во всяком стремлении должны быть вера и воля.

Сегодня мы празднуем первую Сережину победу. Придет время, и у него, и у вас будут победы поважнее. Стремитесь же к ним!
Сережа бежал обратно, и снова грохали аплодисменты, отмечая самый радостный день в его жизни.
2
Голова немножко кружилась.
Слава! Фу ты, он ее и не ждал. И не готовился вовсе — она обрушилась, как шквал, как ураган, как ливень.
Впрочем, какая это слава? Случайность! Выигрыш по лотерее!

Ведь любую модель могли подхватить эти невидимые, стремительные восходящие потоки, прилепить потом, как марку к открытке, к густому, кудреватому облаку с золотистыми краями! И привет горячий! Не страшно, что кончится горючее, что остановится мотор...

В общем, просто выигрыш — слава бывает не такой, слава — это же когда ты сам, сам что-то делаешь... Вот если бы быть там, в модели, если бы управлять ею хотя бы с земли, по радио, тогда другой разговор. А тут...

Крутанули колесо, развернули билетик — вам, гражданин, часы, и кубок, и стопка грамот.
— По-моему, ты уже зазнался, — говорит Галка Васина, Васька попросту, — уже рисуешься!
Она идет в метре от Сережи — он ее всю разглядеть может; черная коса на плече лежит, а когда Васька поворачивается, глаза ее — два черных выстрела.
— Слово самурая! — смеется Сережа. — Знаешь, на каждую модель мы наклеиваем табличку: при нахождении просим вернуть туда-то и туда-то, но, клянусь, ник



Назад